Билял Махов: Большой спорт – это большая авантюра

Представитель ЦСКА Билял Махов – трехкратный чемпион мира по вольной борьбе, бронзовый призер Игр-2012, единственный борец в мире, которому удалось завоевать медали на одном чемпионате мира (Лас-Вегас-2015) как в вольной борьбе, так и в греко-римской. В марте Билял выиграл Кубок главы Бурятии в Улан-Удэ, вернулся в Москву в разгар допингового скандала, который не обошел стороной российских борцов, и дал интервью нашему изданию.

– Билял, вы следите за тем, как развивается допинговый скандал вокруг российских спортсменов?
– Конечно.

– Что думаете по этому поводу?
– Печально это все. Спортсмену надо быть осторожным и стараться в первую очередь не подвести самого себя. Профессионал должен знать наверняка, что он пьет, что кушает. Если исходить из моего опыта быть отравленным, могу сказать, что виновных не найдешь, а все последствия, все неудачи, будешь испытывать только ты сам. Мельдоний или «Милдронат» – все равно в итоге будет спортсмен виноват. Поэтому надо быть невероятно внимательным. Береженого бог бережет. Хотя, я сейчас об этом говорю, но ведь и сам ни отчего не застрахован.

– Когда у вас ближайший старт?
– Сейчас готовлюсь к чемпионату России по вольной борьбе. Он пройдет в мае в Якутске. Проведу два тренировочных сбора со сборной Дагестана, буду пытаться выйти на 100-процентный уровень готовности к национальному чемпионату. Ведь только первое место в Якутске гарантирует поездку на Игры в Рио.

– Значит, свой выбор вы сделали. На Игры в Рио вы собираетесь отбираться как борец вольного стиля.
– Нет, окончательный выбор я еще не сделал. Тяну до последнего. Как вам объяснить… Понимаете, одно полушарие моего головного мозга одним видом спорта занято, второе – другим. И вольная борьба, и греко-римская – неотъемлемые части меня. Вероятно, буду лучше себя чувствовать в вольной борьбе и сделаю ориентир на нее, но из своей головы и сердца греко-римскую борьбу я все равно не убираю. Выбор предстоит тяжелый. Для меня есть плюсы в каждом виде, они мне оба нравятся.

– Когда наступит момент икс, и вы будете вынуждены сделать выбор?
– Пока ориентируюсь на вольную борьбу. И скорее всего этого направления буду держаться. Думаю, полная ясность наступит после чемпионата России по вольной борьбе.

– Так может, вы темните, а на Играх в Рио будете выступать в двух видах борьбы, как в прошлом году на чемпионате мира в Лас-Вегасе?
– Вряд ли так получится. Даже если бы мне такую возможность предоставили руководство нашей федерации (ФСБР) и тренерский штаб сборной России, я бы вряд ли пошел на повторение эксперимента в Рио. Это тяжело. И не столько физически, сколько морально. Огромная ответственность лежит на тебе. На чемпионате мира в Лас-Вегасе моя основная задача была – добыть лицензии для страны в двух видах борьбы. На Играх – задача выиграть золото. Пока я морально не готов взять на себя ответственность биться за две золотые медали на Играх. Поэтому я пока не вижу смысла выступать в июне в Грозном на чемпионате России по греко-римской борьбе.

– Но ваш опыт говорит о том, что и это возможно.
– У нас в стране высокая конкуренция в двух видах борьбы, поэтому нельзя сказать уверенно: если в прошлом году сумел в Лас-Вегасе, то смогу повторить это в Рио. Молодые ребята из сборной России дышат в затылок и тоже хотят отобраться на Игры. Политика нашего тренерского штаба: никто по блату не получит путевку на Олимпиаду.
Гоги Мурманович Когуашвили (главный тренер сборной России по греко-римской борьбе. – прим. ред.) и Дзамболат Ильич Тедеев (исполняющий обязанности главного тренера сборной России  по вольной борьбе. – прим. ред.) – профессионалы своего дела. Они долго наблюдают за борцами, чтобы понять, насколько спортсмен стабилен еще и в психологическом плане. Эти наставники редко ошибаются в людях. Вы представляете, какое тренерское чутье у Когуашвили, чтобы пойти на эксперимент – и в 2014 году впервые меня отправить на чемпионат мира по греко-римской борьбе. Ведь я после Игр в Лондоне-2012 практически два года не тренировался – залечивал старые травмы. Но в итоге я выступил в Лас-Вегасе, пусть далеко не идеально, но удовлетворительно.

– В недавнем интервью Дзамболат Тедеев сказал, что вы запутались, но он все же убедил вас готовиться к самым важным стартам сезона в составе сборной России по вольной борьбе.
– Опровергать такого уважаемого человека я не стану. Но не могу сказать, что я запутался, я просто искал себя. Дзамболат Ильич позвонил мне и сказал разумные вещи: ты выиграл три чемпионата мира в вольной борьбе, и в этом виде спорта имеешь богатый опыт, а приобретать такой же багаж знаний в греко-римском стиле у тебя времени нет. Не нужно придумывать велосипед,  сказал он, ты уже был лучшим в мире, надо только восстановить кондиции. С такими доводами сложно спорить, но все-таки, давайте подождем начала лета. По своему опыту я знаю, что загадывать нельзя. В 2008 году я собирался отобраться на Игры в Пекин, но в итоге, после отравления ртутью, вынужден был пропустить этот важнейший старт. Я не думал, что когда-нибудь выступлю на чемпионате мира по греко-римской борьбе, но и это со мной приключилось.

– Сейчас вы напоминаете мне былинного богатыря, который не может сделать выбор у придорожного камня. Но ведь в вашем случае, что налево пойдешь, что направо – все равно встречи с могучим турком на пути к олимпийскому золоту вам практически не избежать. Реза Каялп (26 лет) – действующий чемпион мира в греко-римской борьбе, его соотечественник Таха Акгюль (25 лет) – действующий чемпион мира в вольной борьбе. Кстати, оба турка, как и вы, ни разу не побеждали на Олимпиадах.
– Еще перед тем, как я подошел к этому придорожному камню, я расставил приоритеты. Есть два человека в мире в тяжелом весе, кто меня огорчил. В равной борьбе я уступил в двух схватках двукратному олимпийскому чемпиону по греко-римской борьбе кубинцу Михаину Лопесу (33 года). Но турок Таха Акгюль огорчил меня сильнее. Мы дважды встречались на ковре в турнирах по вольной борьбе. На Играх в Лондоне победил я, на чемпионате мира в Лас-Вегасе я проиграл турку в полуфинале со счетом 0:10. Поэтому, я с большим удовольствием попытался бы взять реванш у Акгюля. Ничего не скажу про Резу Каялпа, нас жребий ни разу не свел на ковре. В общем, скажу так: идти сразу на двух турок и кубинца – тяжело. Я попробовал – и победить не вышло.

– Ваши выступления в двух видах борьбы могут изменить мировоззрение не только спортивных чиновников, но и рядовых болельщиков. Вы создали прецедент. Теперь люди вправе задаться резонным вопросом: если у Махова получилось выиграть медали чемпионатов мира в двух видах борьбы – так почему бы не объединить эти виды, чтобы все сильнейшие тяжеловесы мира соревновались друг с другом в одной компании?  
– Шумиха вокруг моего имени возникла как раз потому, что я рискнул выступать в двух разных видах спорта. Шутки ради после чемпионата мира в Лас-Вегасе во время прохождения допинг-контроля я предлагал кубинцу Лопесу выступить вместе со мной еще и на турнире по вольной борьбе. Кубинец ответил, что даже думать об этом не хочет. Чтобы пришло отрезвление от мыслей об объединении двух видов борьбы, надо попробовать и почувствовать на своих лопатках, насколько это тяжело. На мой взгляд, совмещать два вида борьбы – и побеждать в обоих – также, вероятно, тяжело, как если бы боксер вышел на ринг решил претендовать на медаль в соревнованиях по кикбоксингу.

– А что для вас было самым сложным в переходе из одного вида в другой?
– Да все. Выступая по греко-римской борьбе в схватке с кубинцем, я гнал от себя мысль: если выложусь полностью, то хватит ли сил на турнир по вольной борьбе? Во время поединка с турком (Таха Акгюль) по правилам вольной борьбы, когда он перевел меня в партер, я решил, что будет просто накат, забыв, что надо ноги защищать. Турок взял меня в «крест» и покрутил на 10 баллов. В вольной борьбе я себя тормозил: как бы ноги соперника  не захватить, а потом, по ходу схватки, вспоминал, что здесь-то это можно.

– После Игр в Лондоне вы женились. Расскажите о своей избраннице.
– Моя жена, как и я, родом из Нальчика. Что тут рассказывать, к спорту она не имела никакого отношения. У нас стандартная российская семья. Детей пока нет. На соревнования мы часто ездим вместе.

– Ваш любимый город?
– Есть много на свете городов, где мне комфортно.

– А в Салехарде вы бывали?
– Да, я заключил договор о том, что буду представлять Ямало-Ненецкий автономный округ на соревнованиях. Вы слышали наверняка о двойном зачете регионов. Но, к сожалению, в Салехарде пока не был. Как появится свободное от тренировок время, я с удовольствием приеду в этот город.

– Сколько дней осталось до Игр в Рио-де-Жанейро?
– Не считал. Я ведь приучил себя ничего не загадывать.

– С 2005 года вы выступаете за ЦСКА. Какое у вас воинское звание?
– Звания у меня только спортивные. А ЦСКА для меня родная спортивная семья, благодаря поддержке которой я с самых низов пробился в сборную России и стал тем, кем стал. Старший тренер ЦСКА Анатолий Маргиев и куратор команды Андрей Силецкий помогли мне стать человеком. Такое не забывается.

– Вы подписали контракт с UFC на пять поединков, который начнет действовать после Игр в Рио. Всё в силе?
– Всё в силе. Изменения в контракте могут быть после двух боев, когда речь может вестись о более выгодных для бойца условиях.

– А зачем вам новый вызов? Денег не хватает?
– Не скажу, что нет финансовой подоплеки, но для меня в этой истории главное – новые впечатления. Меня это история будоражит. Сплошной адреналин, а не история.

– Но ведь это чистейшая авантюра.
– Большой спорт, извините за двойную тавтологию, по большому счету, – большая авантюра. Без такого рода авантюр у меня бы не было интереса долго находиться в спорте.

– Вы продолжаете свою спортивную карьеру ради новых порций адреналина?
– На Кавказе говорят: полюби свою работу, и ты никогда не будешь работать. Я занимаюсь делом, которое люблю. Вот и все, что мной реально движет по жизни. Когда любовь закончится, я завершу спортивную карьеру. Или вы думаете, что только жажда славы и наживы движет спортсменами? До уровня славы представителей других видов спорта борцам далеко, но и вниманием мы тоже не обделены. Нельзя сказать, что у борцов высокие доходы по сравнению с другими спортсменами. Но мне грех жаловаться на то, что плохо живу. Я занимаюсь любимым делом, оно мне приносит доход, я могу себе позволить ездить на машине, жить в хороших условиях и обеспечивать семью.

– Вы давно играли на фортепиано? Стать выдающимся пианистом – тот еще вызов. Играть вы умеете.
– Я давно не играл на фортепиано. Понимаю, что часто бросаю себе новые вызовы, но все же я не могу одновременно заниматься музыкой и двумя видами борьбы. Был момент, когда игра мне доставляла удовольствие, но прогресса нет, и я не сажусь за фортепиано.

– Олимпийское золото – предел ваших мечтаний?
– Нет. Это оценка моей работы. Если золото заработаю, значит, готовился правильно и не сделал ошибок. Если нет, то где-то ошибся. От ошибок никто не застрахован. В этом году буду стараться их не допускать.