«Без российских борцов ты не олимпийский чемпион». Пронзительная правда от Алексея Мишина

Летние Олимпийские игры в Париже в самом разгаре. В столице Франции выступают 15 российских атлетов в нейтральном статусе. Из них – ни одного представителя спортивной борьбы: федерация отказалась участвовать в соревнованиях на условиях МОК. В эксклюзивном интервью «Советскому спорту» олимпийский чемпион Афин-2004 Алексей Мишин дал оценку этому решению, а также рассказал о подковёрных интригах и карьерных перипетиях.

– Ваш тренер Александр Тараканов поехал на Олимпиаду со сборной Азербайджана по греко-римской борьбе. Каковы шансы у азербайджанских классиков?
– Отобрались на Игры у него пять человек. Они проходили сборы во Владикавказе, подготовка прошла по плану. Готовы привезти медали. В каждом весе есть человек, способный завоевать награду. Вопрос в том, какого качества она будет. Всё покажет ковёр.

– Для него это уже не первая Олимпиада. Он так же эмоционально переживает за своих подопечных?
– Он всегда был эмоциональным человеком. Переживал и переживает за подопечных. Но тренер не должен этого показывать. Внешне ты можешь напоминать скалу, чтобы твоя уверенность передавалась подопечному. Внутри, разумеется, Александр Петрович переживает. Хочет, чтобы каждый приехал с медалью. Это же время, потраченное в сборной Азербайджана на тренировки, разъезды, сборы… Полгода не был дома. Приехал недавно, буквально на три дня, толком никого не успел повидать. Очень скучает по родным и близким.

– Несмотря на это, ему комфортно работать со сборной Азербайджана?
– У него просто не оставалось выбора. Ситуация так сложилась, что в Республике Мордовия, где он работал, его не услышали. Решили не давать прибавку к зарплате, о которой просил Александр Петрович. Сборной России он тоже не понадобился. А это человек, любящий борьбу и неспособный без неё жить. Поэтому, допусти его в Африку, через три года и они бы отобрались на Олимпийские игры. Главное, создать ему условия для тренировок. В Азербайджане это сделали. У него квалифицированный, молодой тренерский штаб. Он отладил систему работы. Александр Петрович работает с умом – одновременно и стратег, и тактик, и психолог, и философ. Пошутить в нужный момент может, дабы разрядить обстановку. Таких тренеров по пальцам можно пересчитать. Специалист, даже без учёта меня, подготовивший не одного чемпиона Европы и мира.

– У сборной Азербайджана тоже уже есть существенные результаты за время его работы.
– На момент назначения Александра Петровича на пост главного тренера сборной у Азербайджана в греко-римской борьбе на последнем чемпионате мира – 2019 не было ни одной лицензии. Он за короткое время завоевал две путёвки в Токио. На ЧМ-2023 они стали первыми в общекомандном медальном зачёте. Ребята завоевали два золота и два серебра, сделав тем самым к его 65-летию такой подарок.

– Это потеря для сборной России, что такой специалист сейчас обеспечивает медальный успех другой страны?
– Конечно, потеря. Мы не обеспечиваем соответствующие условия таким специалистам, чьи навыки, безусловно, пригодились бы российской сборной. Жирный минус руководству российского и мордовского спорта, что у них не нашлось средств для удержания такого тренера. Видно, что в Мордовии результаты по борьбе просели. Вырвали одно звено, и вся система стала разрушаться. Скоро мы совсем потеряем свои ведущие позиции.

– Вы неоднократно говорили, что вам предлагали работу в сборной Азербайджана. Однако вы отказывались от предложений ввиду отсутствия желания переезжать в другую страну. В данном плане ничего не изменилось?
– Да, по-прежнему не хочу никуда переезжать. Плюс я являюсь действующим майором Центрального Спортивного Клуба Армии. Это накладывает определённые ограничения.

– Не думали уволиться?
– Знаете, я так долго находился в спорте, что не горю желанием стать тренером. Помощником – ещё возможно. Со взрослыми ребятами я могу ещё как-то работать. Но с детьми никаких нервов не хватит. Александр Петрович уехал в Азербайджан и оставил мне своего ученика – Жамболата Локьяева. Сейчас он готовится к чемпионату мира в Албании для неолимпийских весовых категорий. Ранее на мировых форумах ему не приходилось бороться. Надеюсь, он туда отберётся. Я его сейчас курирую.

– Вы называли себя экспертом, а не тренером?
– Да, мне понравилось именно такое определение. Я могу и подсказать, и в пару встать, разжевать некоторые нюансы на своём собственном примере.

– Будете ли следить за стартовавшими Олимпийскими играми?
– Конечно, буду следить. Но я очень расстроен, что сборная России по борьбе не будет участвовать. Не знаю, что это за Игры без нашей команды и Беларуси. Мне кажется, что даже победителю в турнире классиков станет стыдно кричать, что он – чемпион. Ты ненастоящий олимпийский чемпион, если не участвуют российские борцы. Политика вмешивается в спорт. Крайне неправильно поступают, когда не дают спортсменам поехать на Олимпиаду. Ставят условия выступления под нейтральным флагом. Что это значит? У нас есть свой флаг!

– Это уже не первая Олимпиада, где представители России выступают в нейтральном статусе.
– Да, один раз съездили. Но надо это уже прекратить! Без гимна, без флага. При чём здесь спортсмен? Если есть политика и спорт. Ну, давайте возьмём Израиль, они напали на Палестину. Теперь их отстраните!

– Сборная России по борьбе завоевала 16 олимпийских лицензий. МОК допустил до соревнований 10 спортсменов, отказав ряду ведущих борцов. На ваш взгляд, справедливо ли решение Федерации борьбы России не ехать на Игры вовсе, лишив возможности допущенных спортсменов побороться за медали?
– Правильное решение. Ребят, побеждавших уже не на одном турнире и завоевавших лицензии, не допустили. А спортсменам, находящимся не в топе своих весов, дали разрешение поехать. По каким критериям происходил отбор? Почему одним можно, а другим нельзя? Мол, этот улыбается, а этот не улыбается. У другого лицо страшное! Бред какой-то! Например, наш тяжеловес Сергей Семёнов не поехал. Он где-то провинился? Человек пашет, тренируется. Возможно, это его последняя Олимпиада. Тут приходит депеша о том, что тот не допущен до Игр. А молодым можно. Поэтому руководство федерации приняло верное решение. Не удивлюсь, если бы допущенным борцам по приезде в Париж устроили ещё какой-нибудь дополнительный тест. Подписать бумагу с отказом от своей страны! С другой стороны, это действительно большой шанс для ребят завоевать медаль Олимпийских игр. Для кого-то впервые, другие бы стали дву- или трёхкратными. Будем надеяться, что через четыре года у всех разум вернётся и нашу страну снова начнут допускать до международных турниров с национальным флагом. Пока же можно сказать, что эти Игры в Париже войдут в историю как неполноценные.

– Игры БРИКС, прошедшие в этом году, и Игры дружбы, перенесённые на неопределённый срок, являются полноценной альтернативой Олимпиаде?
– Я сам лично посещал Игры БРИКС. Не только борьбу, но и бокс, дзюдо, художественную гимнастику. Да, спортсменов было не так много. Всё-таки большинство готовилось к Олимпийским играм. Проведение Игр дружбы также оказалось бы накладным. После турнира четырёхлетия очередные соревнования? Поэтому решили перенести на следующий год. Само название говорит о том, что наша страна готова видеть все страны. Если текущая ситуация с недопуском будет сохраняться, то Игры дружбы могут стать альтернативой Олимпиаде. Посмотрим на их востребованность, сколько стран приедут.

– Вы отметили, что победы борцов на Олимпиаде не будут полноценными из-за отсутствия российских спортсменов. По вашей логике, виктории отечественных атлетов на Играх БРИКС таковыми тоже нельзя назвать. То же самое может быть применимо и к Играм дружбы, если таковые в итоге состоятся.
– Мы же открыты для всех, а нам эти двери закрыли, даже ряду журналистов не дали аккредитации. Украинцы тоже могут приехать, их никто не тронет. Расскажу один показательный момент. В 2021 году был чемпионат мира по борьбе среди молодёжи, турнир проходил в Башкирии. Я был в качестве приглашённого гостя. Мне президент федерации борьбы Михаил Мамиашвили рассказал следующую историю. Сборной Украины отказали в финансировании поездки на соревнования, и в итоге наша федерация борьбы взяла на себя все расходы. Приехала делегация под 100 человек – их разместили, они выступали, выигрывали, поднимался флаг, играл гимн. Никто даже слова не сказал, местная публика даже болела за них.

Другой пример. В вольной борьбе известно противостояние Абдулрашида Садулаева (двукратный олимпийский чемпион по вольной борьбе. – Прим. «Советского спорта») и американца Кайла Снайдера (олимпийский чемпион по вольной борьбе. – Прим. «Советского спорта»). Россиянина не допускают на чемпионат мира. Тот звонит Снайдеру и поздравляет его с победой. Американец спрашивает – мол, почему?  Абдулрашид рассказывает ему, что его не допустили. Тогда Снайдер пишет письмо на имя президента международного союза борьбы, что в случае недопуска Садулаева также отказывается выступать. А их противостояние – украшение турнира. В итоге российского борца допускают. К сожалению, на ковре они не пересеклись. Оба проиграли свои схватки.

– Вы бы лично выступали под нейтральным флагом?
– Если бы сложилась такая ситуация, то я бы выступил. Пусть нейтральный флаг, но все знают, что я – спортсмен из России. Хоть под гимн Чайковского, да даже под молчание… Другое дело, что неприятно, когда, стоя на пьедестале, не видишь флаг своей страны...

– Помните свои ощущения 20-летней давности на Олимпиаде в Афинах?
– Когда я стоял на пьедестале, слушал гимн России, смотрел на флаг, у меня, мужчины, никогда не плакавшего прежде, ни с того ни с сего потекли слёзы. Всегда учился не показывать свои эмоции на публике. И сына тому же учу. Если хочется поплакать, то иди в уединённое место и поплачь, чтобы никто не видел. А тут под флаг и гимн заплакал. В этих слезах отразилось то количество труда и сил, которые приложил, чтобы оказаться на этом пьедестале. Отбор в команду, скепсис относительно моих шансов на успех – говорили, что даже не буду в тройке. Всё друг на друга наложилось. И вот в момент я посрамил всех скептиков. Использовал свой шанс, который у нас, борцов, может быть единственным в карьере.

– Вам представился ещё шанс и в Пекине…
– Да, я отобрался на них. Шёл лидером. Но в моей весовой категории оказался Андреа Мингуцци, родственник президента международной федерации борьбы Рафаэля Мартинетти. Судьям сказали, чтобы меня убрали. Хотя в тот момент я так шёл, что меня мог остановить только бог. В 2007-м стал абсолютным чемпионом мира, выиграл премию «Золотая борцовка». Не проиграл ни одной схватки, ни одного турнира. Никто не мог у меня выиграть. Кроме Рафаэля Мартинетти.

– В итоге Мингуцци стал чемпионом...
– Я был шокирован первое время. Как так могли поступить? Вёл один балл, всё шло хорошо. Вдруг он побежал к судьям. Что-то там пожаловался. В итоге те всё переиграли и присудили ему победу. Долго не мог отойти. Через полгода отобрался на чемпионат Европы, увидел его, как тот ходит такой вальяжный. Мол, смотрите: «Я – олимпийский чемпион!» Мы случайно оказываемся в душе после тренировки. Я набираюсь наглости и к нему подхожу. И говорю на смеси русского и английского: «Если попадёшься мне завтра на ковре, я тебя съем, как кусок мяса!» И ухожу. Не знаю, понял он в тот момент меня или нет. Но злость в моих глазах он увидел. Со мной ещё в тот момент был олимпийский чемпион Пекина Асланбек Хуштов. Попросил подстраховать в случае чего. Всё-таки мы в душе вдвоём были. Если что, сказал ему бежать за нашей командой. В итоге после разговора в душе итальянец с турнира снялся. С тех пор я его вообще не видел. С борьбой тот завершил.

– У вас были шансы поехать на Олимпийские игры и раньше Афин, в 2000 году?
– Если копнуть, то получается, что я отбирался на пять Олимпиад. На двух я выступал. В 2000-м одной ногой стоял в самолёте, другой – на трапе. У нас было принципиальное противостояние с Муратом Кардановым. Шли весь сезон вровень, в итоговой схватке тоже была ничья. Там уже решали судьи, кто поедет. Я – молод, 21 год. Мурату было под 30. Решили, что поедет он, так как для него это, возможно, последний шанс. Мне же сказали, что четыре года придётся потерпеть. А за это время поменяли правила, сменились тренеры. Но моя уникальность заключалась в том, что я проходил в финал по всем правилам. Приспосабливался как хамелеон.

– В Лондон и Рио вы также практически отобрались…
– Да, и в 2016 году тоже проходил отбор. Добыл олимпийскую лицензию. Но… спорная ситуация. До сих пор не хочу вспоминать. На чемпионате России в Грозном судьи неправильно показали мне оценку.

– Вы имеете в виду в схватке с Давитом Чакветадзе?
– Неохота вспоминать тот момент. Давит поехал. Он – молодец, стал олимпийским чемпионом. Внутри страны произошла такая ситуация. Судьи нашей схватки непрофессионально сделали свою работу. При личной встрече я им это могу вспомнить.

– А вы злопамятный человек?
– Это спортивная злость. Только когда дело касается ковра. Да, я мог копить чувство жажды мести к тому или иному сопернику. Чтобы через несколько лет встретиться и взять реванш. Сейчас почему-то я такого не наблюдаю у молодых борцов: проиграл и проиграл, ходят, улыбаются. Я три дня ни с кем не разговаривал. Эти же спокойно реагируют. Я всегда старался доказать, что Мишин – лучший. Хоть штангу ты тягаешь, хоть бегаешь кросс. Если отобрался на чемпионат мира и там победил, значит, ты – лучший. Без помощи родственников и подковёрных интриг.