Расул Мирзаев: У меня днем была свадьба, а вечером поехал на бой

Расул Мирзаев здесь очень много скажет про ММА и про поход на матч «Локомотива», дружбу с Тарасовым, службу в армии, детство и тот самый удар.

Расул немного опаздывает на встречу, и это было самое необычное по содержанию опоздание: «Я задержусь, ты зайди в ресторан, дай трубку гардеробщику, скажи, что от меня». Захожу.

- Вас ожидают?

- Нет, возьмите трубку, это Расул звонит.

Удивленный взгляд через минуту сменяется на «Проводи, уважаемый интервью будет делать». Интервью началось через несколько минут.

- Он бумажный чемпион, он не чемпион. Чемпион – Альдо. Единственный нормальный соперник Макгрегора – это Мендес, который согласился на этот бой за две недели до него, и два раунда убивал Конора, делал все, что хотел. Концовка того боя – это политика определенная, я думаю. В итоге и Мендес, и Конор заработали нормальные деньги. Макгрегор создает шоу, где люди могут получить деньги. В этом плане ему тоже респект, он сделал себе имя, он заработал, но у нас же не только деньги, нужно и вести себя правильно. Вот у нас, например, не та страна, где можно себя так вести.

А Альдо я уважаю, он боец.

- Пояс забирать – это слишком. Он перешел грань, не заработал он пояс, пусть подерется сначала.

- Мой дивизион все-таки 61 кг, те, кто в UFC в «66» они весят под 80 кг и гоняют в «66», а я вешу 71-72 кг, поэтому мне нужно в 61 выступать, как и в боевом самбо.

- Ну да, Барао изучили, конечно, сейчас, а вот Диллашоу мне нравится. Нравится, что он может и в правше, и в левше работать. Думаю, мы показали бы хороший бой. Мне нравится активничать, работать первым номером, мало кто так работает в моем дивизионе, а мне без разницы, выиграю я или проиграю, выхожу и дерусь.

- Мне охота выйти и выложиться для себя и для публики. Публику не обманешь.

- Смешанные единоборства очень сильно выросли. Сегодня это спорт №1: все хотят заниматься, молодежи хочется выступать по ММА, мне кажется, люди увидели в этом и возможность постоять за себя и стать сильнее и это вроде моды сегодня.

Вообще в ММА лучше всего переходить из борьбы: ударную технику легче набирать, а вот ударнику борьбу сложнее почувствовать. Хороший борец выиграет у хорошего ударника.

‑ А Джон Джонс тоже борец изначально. Кормье недооценил его, Джонс его бросал, а не Кормье Джонса. Мне в UFC нравятся два бойца: Джон Джонс и Хосе Альдо. Что они делают! Такая координация, могут бить джеб, тут же добавлять колено, тут же локоть вылетает.

- Нет. У Густафссона хороший бой с ним получился, но Джонс в четвертом-пятом раундах его просто сожрал. Видимо, хотел посмотреть, прочувствовать, как Густафссон будет драться, а потом начал работать. У Джона есть фантазия в бою, сколько он всего делает. Посмотри, как Альдо с Эдгаром дрался. Мясо. Я от таких боев кайфую.

- А это не уровень. Я считаю, что стать чемпионом мира по боевому самбо не менее значимо. У нас есть примеры: Али Багаутинов, Хабиб Нурмагомедов, Ислам Махачев. Мы выступали по боевому самбо, но ни в чем не уступаем черным поясам по бразильскому джиту-джитсу. Видимо, там это мода. У нас тогда можно говорить, черный пояс по боевому самбо.

- Подписаться не проблема, но у них есть политический момент. И к организации могут быть претензии, если меня подпишут, сам понимаешь почему. Они интересуются мной, хотели бы чтобы я подрался, но…

- Шлеменко хороший боец, я его уважаю. Он развивает спорт, многие идут его примером. Я не был там, когда случилась история с допингом, но, думаю, не по этой причине решили до него докопаться и такой срок дать. У многих американцев куда большие проблемы были, и они закрывали на это глаза.

- В борьбе для меня был примером Сагид Муртазалиев, а в ММА – Федор Емельяненко. Я помню, как в 2006-м был волонтером в «Лужниках», ну то есть просто стоял и показывал зрителям, куда идти, помогал кому-то. Федор по боевому самбо дрался. Я оказался рядом с Федором, минут 10 мы пообщались, я ему какие-то вопросы позадавал, поговорили, меня воодушевило это. Через какое-то время я первым номером стал в Москве, потом в России.

Чай приносят в пиалах. Это удача, потому что палец на руке Расула заметно утолщен от лейкопластыря. Чашку держать было бы неудобно. Хотя без пластыря и без вмешательства врачей палец мог бы быть еще больше.

- В Дагестане дрался с Кевином Крумом, добивал в партере. Он видно потерял капу от ударов, и я попал по зубам похоже. Смотрю, кровь идет из пальца, оказалось заражение. У меня уже была такая ситуация – попала инфекция, место это болело сильно, а потом начало нарывать, пришлось резать, зашивать.

- Да, «Локомотив» - «Скандербеу», у меня друг Дима Тарасов, и они с Олей Бузовой меня позвали. Компания хорошая собралась, поболел. Тем более Дима – в сборной, а сборная выиграла у Черногории, вышла на Евро.

- Не так давно, но мне этот парень нравится. Я люблю простых людей, с кем ты можешь запросто общий язык найти.

- Нет, ни разу. Наверное, это больше для пиара сделано.

- Первый тайм скучновато было, потом веселее. На 62-й минуте гол забили. Я говорю: «Через десять минут еще один гол будет». Поспорили с другом. Ну и что – ровно через десять минут забили еще гол. Если бы «Локомотив» чуть больше с флангов заходил, они бы больше голов забили. Я с детства футбол любил, в школе за сборную играл в защите.

- Нет, меня в то время не приглашали ни на какие мероприятия, а так я бы с радостью пришел. Мне вообще американский футбол нравится, у меня лучший друг играет.

- Бегал очень хорошо на дальние дистанции. У меня на трех километрах был рекорд 9.45. В армии по троеборью выступал: все удивлялись, а я там рекорд поставил по округу. Там были бег, плавание, полоса препятствий, стрельба и я восемь километров где-то за 30 с половиной минут пробежал. Хотя там бежали мастера спорта, международники. Мне еще номер достался один из последних, и я просто бежал – всех догонял кого видел, ускорялся, поэтому и пробежал хорошо.

- Вообще нет. Я приехал, сразу сказал, что спортсмен, на меня так посмотрели странно. Потом в меня поверили, сначала стал бегать, потом выиграл «округ» по самбо, хотя самбо никогда в жизни не занимался, я же пришел из вольной борьбы. Потом меня перевели в Ногинск, приехал туда, у меня уже значок спортсмена был, говорю, могу выступать. Офицеры посмеялись. Потом перевели в Москву и в Москве уже начал заниматься.

- Да, я механик водитель был, БМП-2 обслуживал, курсантов учил ездить, полгода не вылезал из нее. В мазуте пачкался, но я не пожалел, что пошел в армию.

- Сел бы, сразу вспомнил, ее там сначала подогреваешь, потом еще ряд моментов есть, все помню. Мы и стреляли – ничего сложного нет: наводишь прицел, заряжаешь. Только когда ты это делаешь зимой в лесу и на улице «-30»... Ну понимаете, да. Одевались как снежные люди, в четыре утра встаешь и надеваешь все на себя, все, что успел надел и спасаешься так.

- У меня с первого дня приключения начались. Стояли на построении после завтрака, первый день в учебке, а я весил 57 кг, такой маленький ушастик. Проходит пацан из моего взвода, толкает меня и дальше идет. Говорю «Что делаешь?». А он меня за одежду хватает и пытается поднять дальше. Говорю «Руки убери!», он не слушает. Два или три раза повторил. А у меня коронка была – прогиб. Я его бросил, а на плацу, весь батальон стоял. И тогда все увидели, что и навыки есть, и дух.

Потом, правда, получилось так, что этот парень мой старшина роты был. Нормально общались, дружили. Дембеля ко мне не лезли, может чувствовали, что я могу за себя постоять.

- Да, я только борьбой занимался, чистым борцом был. Ходил на бокс совсем немного, когда летом школа закрылась, но меня выгнали оттуда. Побил парня, который двукратным чемпионом России был. Потом попробовал кикбоксинг – в первый день пришел, встал с парнями, кто нормально занимался уже и потяжелее был. Я тогда ноги так отбил, что месяц ходить не мог, голени опухли.

- Переезжаешь в другой район, нужно показывать себя. Если не показал, что ты пацан крепкий, то к тебе плохо относиться будут. Если заднюю не даешь, не боишься, все нормально.

- Я всегда дрался до конца, почти всегда выигрывал. Меня, знаешь, в жизни многие люди недооценивали, в интернате учился было такое: старшие подойдут – давай подерись с ним. Дерешься, показываешь себя.

- В 1996-м в Кизляре захватили больницу, я только-только уехал, а больница была совсем недалеко от моего интерната. У меня друг в той больнице был в плену, рассказывал, что террористы шоколадками кормили. Больше ничего такого не помню.

- Много где ночевал, у меня сложное детство было. Убегал из интерната, ночевал и под деревьями и еще где-то, много чего было. Я не скрываю, что в третьем классе мне пришлось и алкоголь, и сигареты попробовать и воровал, дрался. Наверное, Бог послал мне это в детстве перенести, чтобы я понял, что это такое и не делал этого. И я дал себе слово, что курить и пить я не буду. Вот мы разговариваем: мне 30 лет, и я в третьем классе алкоголь последний раз пробовал, и желания нет. Я и кальян ни разу в жизни не пробовал.

- Я после боя говорил об этом, для меня это вообще больная тема: очень переживаю за свою республику, и мне обидно, что мы не вместе. Вот во мне две крови – аварская и даргинская, и я рад этому. Если бы были вообще все крови, которые у нас есть, я бы и этому рад был. У нас все есть, чтобы республика жила очень хорошо. Есть газ, есть выход к морю, мы могли бы хорошо жить, построить заводы, работать, но у нас не получается быть сплоченными и развивать это.

- Дрался с трещиной в ноге – малая берцовая кость: на гипс сверху надел накладку специальную. Соперник знал, что у меня нога больная и начал сразу бить туда, раз-два-три. Пришлось быстро закончить бой, выиграл. Я тогда за четыре дня несколько раз дрался. В Питере выступал на боевом самбо, бил-бил лоукики, а потом ставлю ногу и понимаю, что она отключилась. До конца дрался, выиграл нокаутом, а ушел так, что все смеялись, я тащил ногу за собой тогда. А уже через четыре дня был бой по ММА, не откажешься же.

- Честно говоря, когда тренировался в детстве, очень сильно хотел сломать ухо. Классе в седьмом-восьмом я учился. И как-то поборолся на тренировке, ничего не почувствовал, а потом проснулся и смотрю, у меня просто огромное ухо. И стало больно. Понял, как выглядит сломанное ухо тогда и что это такое.

- Так и было – 2008-й год, мы вот здесь в мечети поженились на Третьяковской, а вечером друг предложил поехать в Крылатское в каком-то турнире подраться. Я как узнал, сколько платят – сразу согласился. Мне тогда деньги очень нужны были, даже не думал. Я тогда в клубы не ходил, свадьбу мы не отмечали. Жена знала, чем я занимаюсь, поэтому собрался и поехал.

И представь, приезжаю на бой, выигрываю, а у меня тогда был такой период, я с девушками не общался почти, в себе был. А на шоу были девушки, ну очень красивые. Просто прекрасные! Вот ты бы их увидел, ты бы сказал «Да! Да!». И они подходят, говорят, ты нам очень понравился, дай нам свой телефон, пообщаемся. А я: «Не обессудьте, но я сегодня женился». Они смотрят, и я понимаю, что они очень сильно удивились в тот момент.

- Не знаю. Рублей 500, наверное. Я выигрывал чемпионат России среди Вооруженных сил – мне дали электрический чайник. Было такое, что термос шел в награду. По профи тоже в первых боях не много зарабатывал.

- Много раз предлагали, но в России не такие бешеные деньги, как в США. Чаще по любителям, когда в боевом самбо выступал.

- На чемпионате России просто по дружбе уступил: подошел друг и попросил. А потом был отбор на чемпионат мира, я его разбирал, взяли меня, а его поставили в другую категорию. И вот мы приезжаем, и мне не дают сделать вес и ставят тоже в его категорию. Мы в финале встречаемся и я очень убедительный реванш взял.

- До сих пор находятся люди, которые провоцируют, могут начать цепляться, когда узнают. Я просто стараюсь не реагировать, не обращать внимания и все.

- А как вы думаете? Полтора года сидишь в одном месте, ничего не делаешь. Было тяжело, но я видел примеры, Тайсон тот же. У них получалось, я тоже решил, что смогу.

- Я в детстве болел туберкулезом костей, поэтому не рисковал. Там сырость, условий нет совсем. Плюс мысли совсем о другом были, поэтому вообще не занимался.

Все это было испытанием для меня, я очень многое переосмыслил. Ты тренируешься, идешь к своей цели, ты очень многое пережил, ты первый номер в сборной России по четырем видам. Bellator предложил мне подписаться с ними, я к этому столько шел, через неделю в США должен был уезжать. И тут раз – ломается моя жизнь, жизнь парня, его родителей. Это очень плохо.

- У меня тогда бой прошел не так давно, но я уже начал тренироваться потихоньку. Утром сделал легкую тренировку, потом дома отдыхал, а вечером в кино пошел. А потом друг начал предлагать увидеться, я отказывался, он настаивал, хотел, чтобы я заехал, и мы повидались. Я приехал в клуб.

- Потом уже… Это в клубе «Лион» было. Мы с Али Багаутиновым ходили туда, бразильским джиту-джитсу занимались.

- Он – тайским боксом.

- Проблемы люди сами придумывают. Мы сейчас нормально общаемся? Разве есть проблемы? Проблемы придумывают искусственно, а на самом деле надо просто уважать друг друга. У нас огромная страна, очень много разных людей, у нас отличный президент, а эти проблемы они искусственно придуманы.

- Раньше пил, потом прочитал, что оно вредно после 25, поэтому перестал. Сейчас чаи беру.

- Раньше мог купить что-то, сейчас я лучше младшему брату отправлю, дочке внимание уделю. Дочь – мой маленький ангел, они переехали с мамой из Москвы, и мы стали меньше видеться, мне тяжело из-за этого. Она смотрит мои бои, говорит, что она тоже тигр (прозвище Мирзаева – Черный тигр. – Прим. ред.). Бегает по дому, резвится, рычит. Мне иногда кажется, что это мальчик должен был быть.

- Не скажет. Если будет для себя заниматься – хорошо. Когда девушка тренируется, она меньше болеет, лучше чувствует себя. Я бы и рядом с собой хотел спортивную девушку видеть, но профессиональные единоборства… Не женское это.