— Я приехал на хоккей с семьёй. Наш младший сын Михаил выступает за «Красную машину», приехали сегодня на несколько матчей. Очень приятно за него поболеть.
— Успехи ничего, нормальные, единственное — я приехал, чуть-чуть поболел, потом уехал на турнир «Шахматные звёзды», его открыл, пожал руку детям, а сейчас вернулся обратно. У меня определённая суета, но дети — наше всё.
— Мы, конечно, намекали сыну: «Может быть, шахматы? Родители тут играют в шахматы». А он сказал, что нет, хочу хоккей. Думаю, самое главное — желание ребёнка, потому что невозможно заставить его заниматься тем, что ему не нравится. Нравится хоккей — ради бога, бывает, пять-шесть раз в неделю он занимается, это для него уже обычный ритм, обычный график. Если это ему приносит удовольствие, то отлично.
— Мы стараемся его настраивать по психологии, но он уже в любом случае боец, у него спортивный характер, и в жизни это ему помогает.
— Мы с семьёй вынуждены погружаться в хоккей. На самом деле, это довольно интересно: это целый мир, вселенная. Мы уже разбираемся, и как раз дети нас натаскивают, поскольку что младший, что старший — они всё о хоккее знают. Младший просыпается и начинает смотреть хоккейные обзоры, игры, лучшие заброшенные шайбы.
— Могу сказать, что мы всегда болеем за Овечкина. Он несколько раз приезжал в клуб, где наш сын иногда занимается. Было приятно несколько раз с ним пообщаться.
— Если бы мы играли не в шахматы и не в хоккей с Овечкиным, это было бы интересно.
— В футбол я бы с ним сыграл с удовольствием, хотя, конечно, понимаю, что шансов немного: он такой спортсмен, у него такая комплекция. Зато весело было бы.
— Да, чемпионат Европы по футболу мы смотрим, тоже отчасти благодаря детям, потому что старший сын занимается футболом, ему всё, что касается футбола, интересно. Мы тоже погружаемся в эту среду и смотрим каждый день матчи. Не скажу, что особо за кого-то болею, единственное — за Сербию и, может, за Румынию, а больше ни за кого.
— В России я всегда болею за «Спартак», но у меня нет мысли: «Только «Спартак» — и всё». Я с уважением ко всем командам отношусь.
— Надеюсь, что он принесёт команде успехи и победы.
— Это жёстко, но я надеюсь, что всё будет хорошо.
— Есть Магнус Карлсен, который многие годы был чемпионом мира и который продолжает являться сильнейшим шахматистом мира. С ним, так сказать, дьявольски сложно.
— Для меня уже два года в шахматах совершенно не тот накал борьбы, потому что я не участвую в международных турнирах. Этого очень не хватает. Я участвую в соревнованиях, которые проходят в Москве и в России, особенно могу отметить «Шахматные звёзды» — фестиваль, на котором я был. Сначала отборочный турнир, а финал совсем скоро будет в «Москва-Сити», очень классное предстоит событие, где будут участвовать сильнейшие шахматисты мира и юниоры. Всё будет в одном и том же зале, поэтому всех приглашаю, обязательно приходите.
— Не совсем. Моя полугодовая дисквалификация закончилась. Сейчас я не выступаю частично потому, что организаторы коммерческих турниров меня не приглашают, для них это просто априори невозможно — позвать человека с пророссийской позицией. А на официальных турнирах я не могу представлять свою страну, свой флаг, поэтому это тоже не устраивает.
— Да-да. Я подчёркиваю, что по крайней мере пока я никуда не ухожу, я всё ещё хочу выступать, но если не будет такой возможности, то буду думать, что делать дальше.
— Мне хочется в это верить. В любом случае спорт должен сближать, должен быть вне политики. Это основа спорта. Жалко, что сейчас эти принципы не соблюдаются. Но хочется верить, что когда-то это произойдёт.






